Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Нам дым отечества и сладок, и приятен

Отличия нынешней погоды от погоды 1972 года. В то лето дымная мгла из-за горящих торфяников началась в Москве уже в начале июля. Более двух месяцев не было дождя. Сейчас регулярно идёт дождь, хотя и в большинстве случаев небольшой. Зато в 1972 году не было такой жары.  Иногда температура переваливала за 30 градусов, но обычно была днём от 27 до 28. Кроме того, мгла затмевала солнце, поэтому было легче переносить жару. Чистоту воздуха я определял визуально. В обычное время в одно окно хорошо был виден МГУ, а в другое Кремль. В июле сначала исчез МГУ, потом Кремль. Высотка на Котельнической набережной была видна, но смутно. Часто днём машины шли с зажжёнными фарами. Сейчас дымной мглы пока нет.
Летом 1972 года мы с другом собирались в дальний велопробег. Мы хотели добраться до Бородино, но для начала проехать хотя бы часть пути туда для тренировки. Я со своей дорожной «Украины» снял крылья с багажником для облегчения велика. Когда проехали около 20 км, начался ливень. Отсутствие крыльев привело к тому, что я был покрыт грязью с головы до ног. Это было 26 августа. Первый дождь за более чем два месяца. Стали думать, не вернуться ли. Но решили продолжить путь, потому что долго готовились и тренировались. Потом мы всё равно уже мокрые и грязные, поэтому мокрее и грязнее не будем, в какую сторону ни ехать. Ливень продолжался почти всю дорогу туда (90 км). Мы доехали до Петрищева. Там посетили местный музей, где для нас двоих экскурсовод провел экскурсию. Он рассказал всю правду про несчастную Зою. Для больших организованных групп он такого не рассказывал.
Обратно уже не было дождя. У нас с собой были часы и спидометр для измерения пройденного  пути. По нашим подсчетам мы перемещались со средней скоростью 25 км/час.

Стол изобилия

Стол изобилия

В свое время в СССР издали «Книгу о вкусной и здоровой пище». Там было рассказано и показано множество кушаний, о многих из которых советские граждане никогда не слышали. Это была книга о жизни в параллельной вселенной. Однако один рисунок привлек мое внимание своим реализмом. Там была бутылка «Жигулевского» пива, две сосиски и банка с зеленым горошком. По отдельности эти компоненты можно было достать, но в своей совокупности они были недоступны. Если в продаже было пиво, не было сосисок, если был горошек, не было пива. Мне так и не удалось при СССР накрыть такой стол.

На развороте красовался пир на весь  мир. Там были всевозможные напитки и закуски. Совершенно сказочное зрелище. Тем не менее, однажды мне довелось наяву насладиться этим изобилием. Вот как это было. Меня послали на симпозиум, организованный австрийской фирмой. В мою задачу входило отсидеть на лекции и забрать все имевшиеся там проспекты.  Мне вручили два приглашения с правом взять с собой любого сотрудника. Дело было в январе 1980. Стоял мороз ниже 20 градусов. Наш институт находился в Мытищах, а симпозиум проходил в Сокольниках в павильоне, в свое время построенном специально для американской выставки. В нем не было ни утепления, ни отопления. Я обошел несколько отделов, приглашая желающих составить мне компанию. Таковых не нашлось. Большинство жили в Мытищах или поблизости, и им не улыбалось сначала тащиться в такой холод в Москву, а потом возвращаться домой. Если бы они знали, чего они лишаются, охотников нашлось бы с избытком.

В павильоне организовали согревание помещения с помощью электронагревателей, расставленных по периметру. Нагреть воздух удалось примерно градусов до плюс пятнадцати, не больше. Сижу, мерзну, жду окончания мероприятия. Вдруг объявляют перерыв на кофе и приглашают в соседнюю комнату. Там на столах кофе с бутербродами. Закуска и кофе помогли взбодриться и отсидеть еще примерно час. По окончании лекции нас опять пригласили уже в другую комнату, побольше. Там расставлены столы, накрытые в точности как на развороте пресловутой книги. Столпились у столов а-ля-фуршет и принялись выпивать и закусывать. Не помню, были ли там вина. От страшного холода хотелось только горячительного, представленного водкой разного сорта. От души выпил и закусил, но оставаться дольше не стал, поскольку пьянствовать без знакомых скучно, а моя мизантропия мешала мне найти собутыльников среди присутствовавших.

Вот так сказочная картинка обернулась былью.

опубликовал одиннадцать лет назад

Русская беседка
Москва, 1859
Четвертый год, книга 13
С. 234
Судьба русского патриота
Всем нашим читателям, безусловно, известен трагический случай, имевший место в заседании Художественного общества при Московском университете. Однако при устной передаче многие факты искажаются, пусть и ненамеренно. Обстоятельства этого события так перепутаны разными добавлениями, толкованиями, изменениями, что решительно нельзя составить себе точного о нём понятия. Мы рады сообщить всем заинтересованным лицам, что на упомянутом заседании находился студент, обладающий навыками стенографии. Благодаря его записям мы в состоянии дать полный и подробный отчёт о сем происшествии. (Далее слова Шевырева снабжены пометой Ш., а слова графа Бобринского – Б.)

В своём выступлении Шевырев, в частности, сказал:
«Ш. Немецкие философы признают грехопадение началом развития разума. Это вытекает из системы Гегеля, по которой развитие разума от первоначального единства идёт к раздвоению, чтобы снова подняться к высшему единству. Однако в Библии Адам прежде грехопадения даёт имена животным, из чего видно, что разум у него уже был развит.
Б. Не знаю, как там Адам, а у русских, видимо, нет никакого разума, если они для научных доказательств прибегают к авторитету Библии.
Ш. Россия, не испытавшая ни реформации, ни революции, сохранившая тем самым в себе великое нравственное единство, не может делить духовной жизни с болезненным европейским миром, а скорее призвана исцелить и обновить его.
Б. Эту Россию даже Вашингтон называет лапотной (Russia wears bast shoes).
Ш. В России только и можно жить и учиться чему-нибудь. Это страна благополучия и великих убеждений.
Б. Русские пьяницы и невежды.»

На этом запись выступлений заканчивается, так как уважаемый профессор Шевырев в ответ на вышеуказанные слова графа Бобринского подошёл к нему и неожиданно ударил по лицу. Никто из присутствующих не ожидал такого поворота событий и не знал, да и не успел, что-нибудь предпринять. Как выяснилось в дальнейшем из расспросов знакомых и друзей графа, последний был англофилом и обладал знанием правил английской драки, именуемой boxing. Поэтому в ответ на пощёчину граф Бобринский буквально отмутузил (я не побоюсь этого слова) несчастного профессора. Несколько слуг, призванных унять бойца, с трудом оторвали его от избиения бедного славянофила. Г-на Шевырева пришлось вынести из залы на скатерти. В дальнейшем выяснилось, что кроме многочисленных ушибов лица и тела, у почтенного русского патриота было сломано ребро. И каков же итог этого прискорбного происшествия? Шевырев уволен из университета, а граф Бобринский выслан в своё имение.

конец свободе и независимости Великого Новгорода

Галантная любовь (courtly love)

The origin and meaning of courtly love: a critical study of European scholarship

Roger Boase

Manchester University Press, 1977

Всего страниц: 171

77

Рыцарская галантность вовсе не была гигантской бигамной системой, при которой от каждой дамы ожидалось, что она должна одновременно иметь и мужа, и возлюбленного. Используя высказывание Хейзинги, «это было мечтой о героизме и любви». Эта мечта, или идеал отнюдь не даёт нам права делать вывод о том, что средневековое общество управлялось женщинами. Последние управляли воображением мужчин и мотивировали их поведение, но вряд ли положение женщин сильно изменилось под влиянием галантной любви.

111

Галантная любовь (courtly love) есть иллюзия современной критики и служит серьезной помехой пониманию средневековых текстов.

А) Это неточный и противоречивый термин.

Б) Отсутствие исторических фактов. Исторические источники, которые должны снабжать нас достоверной информацией об отношении средневекового общества к вопросам любви, секса и брака, не содержат никаких данных о существовании галантной любви. Они показывают, что измена не прощалась, что социальный статус женщин был крайне низким и что сексуальные потребности женщин были не меньшими, чем у мужчин.

127

Галантная любовь была социальной и литературной фантазией, оказывавшей моральное и облагораживающее влияние на средневековую аристократию. Эта фантазия имела ничтожное воздействие на положение женщин, которое было всегда подчинённым. Женщина, поднимаемая на пьедестал восхищённым поэтом, едва ли оказывалась более освобождённой, чем супруга, бывшая фактически невольницей своего мужа.

опубликовал два года назад

«Когда деревья были большие»
Пересмотрел старинный фильм, и в голову пришла интересная мысль. Кажется, никто до меня это не отмечал. Советский социализм и западный капитализм одинаково положительно относились к труду. Обе идеологии восхваляли труд как нечто достойное восхищения и обожания. Разница была только в том, что на Западе труд почитался за то, что доставлял трудящимся приличный доход и достойную жизнь. В СССР трудились для построения социализма и затем коммунизма. Собственно жизнь трудящихся выносилась за скобки.
Так вот о фильме. Казалось бы, у двух советских граждан произошло счастливое событие одновременно. Девушка обрела «отца». Мужчина обрёл «дочку», которая могла его кормить, ибо он был органически не трудолюбив. Так в эту идиллию советское общество вбило клин. Мужчина почему-то обязательно должен был работать. Если бы была прямая зависимость между приложенными усилиями и результатом, в этом стремлении загнать всех в трудящиеся была бы логика. Однако такой логики в советской действительности не наблюдалось. Я сам лет восемь варился в рабочей среде, а потом лет двадцать был белым воротничком, трудясь в советском офисе. Наблюдая за окружающими, я убедился, что никакой связи между трудолюбием и наградой за труд в СССР не было. Прежде всего, советские люди должны были «числиться» в какой-либо государственной организации. Тот, кто не числился, назывался тунеядцем, хотя фактически такой «тунеядец» иной раз приносил больше пользы стране и людям, чем какой-нибудь лодырь, присосавшийся к госслужбе. Лодырь мог лет сорок прохлаждаться на работе, а потом выйти на заслуженный отдых как честный труженик, хотя пользы от него было, как от козла молока.
Тут кстати рассмотрим предложения об обязательном базовом доходе. По-моему, такой доход обязателен для людей, органически не желающих и не умеющих работать. Надо дать им деньги, чтобы они жили в своё удовольствие при условии, что они ни в каком случае не будут браться за работу, ибо от них сплошной вред. Лодырь-неумеха может столько напортачить, что десять трудолюбивых мастеров не смогут подчистить за ним все огрехи. От природы не все люди способны и не все желают работать усердно и с высоким качеством. Зачем воевать с природой? Пусть каждый найдёт себя и живёт по своим правилам.
В фильме «тунеядец» ходит рыбачить и на охоту, в то время как колхозники копают вручную канаву. Авторы фильма явно люди городские, да ещё и из столиц. Фильм снят в 1961 году (вышел в 1962). В 60-е и 70-е годы в провинции был дефицит всего, особенно продуктов. Мои родственники на Севере охотились и рыбачили не для забавы, а для прокорма, потому что в магазинах было шаром покати. В Костроме в середине 70-х построили огромный магазин «Рыба». Все витрины были забиты кальмаром. Рыбы не было, хотя город стоит на Волге и рядом водохранилище. Жители кушали то, что сами добывали.
Отдельно надо сказать про трудовые доходы. У нас на заводе в 1968 рабочие с высшим разрядом не могли себе позволить машину. Её имел только один, но он был фанатик автомобилизма и работал фактически на двух работах, чтобы её содержать. Остальные могли мечтать только о мотоцикле. Самым крутым считался чехословацкий мотоцикл «Ява». С наступлением капитализма после 1991 все мечтавшие о машине её приобрели и стали менять через два-три года на новую. С 1991 по 2000 число автомобилей в частном владении в Москве увеличилось в десять раз.

Россiйско-латинскiе разговоры

                                             Россiйско-латинскiе разговоры
                                                        [Ивашковский]
                                                              Москва
                                                                  1831
Я ездил к моему брату Iter feci ad fratrem
Где он теперь? Ubinam nunc versatur?
Он был в деревне, но теперь возвращается уже сюда Fuit ruri, sed nunc jam huc rediit
Он весьма обрадуется, увидевши вас Magnam capiet voluptatem et laetitiam, cum te viderit
Я постараюсь с ним увидеться Curabo eum visendum
Это удовольствие буду я иметь при первом случае Ejusmodi voluptatem et laetitiam percipiam prima occasione data
А батюшка ваш где? Et pater tuus ubinam est?
Дома ли он? Estne domi?
Его нет дома abest domo