June 7th, 2017

Меланхолическое

Люблю я кладбища, но странною любовью:
Ходить по ним степенно, наблюдая,
Как птички Божия чирикают повсюду.
Читаю надписи, где странные фамильи,
Считая, сколько лет отпущено усопшим.
Коль мало лет прожил кто, слёзы лью я,
А если кто сумел перевалить рубеж
Восьмидесяти лет, я рад безмерно.
Когда-нибудь я тоже лягу здесь...
Но это только если мне с кувшинным рылом
Позволят влезть в калашный ряд...

Благоустройство против протестов

Благоустройство против протестов
Вся Тверская разрыта с обеих сторон. Вместо тротуаров ямы. Для пешеходов узкая тропинка по мостовой. Первая Тверская-Ямская тоже вся разрыта. Петровка непроходима. На Садовом и Бульварном щиты. По центру невозможно пройти чисто физически.
Правда, Дмитровка проходима.

Новое из приключений д'Артаньяна

К таверне "Труазом де калите" подъехала роскошная карета в стиле Луи Каторз Пятнадцатый. Из кареты вышла королева Марго. Вся из себя. К той же таверне подскакал д'Артаньян на полудохлой кобыле. Слез с лошади и направился в своих грязных (но сравнительно новых -- лет десять носил) сапогах к дверям таверны. Королева и д'Артаньян подошли к дверям таверны одновременно и взялись за ручку двери. Заметив, что д'Артаньян задел её нежные ручки в кружевных митенках своими мозолистыми мушкетёрскими перчатками, королева Марго брезгливо сняла митенки и презрительно бросила их в урну. д'Артаньян, как истинный gentilhomme, дал своим грязным (но сравнительно новым) сапогом под cul королевы. Бедная Марго отлетела на середину таверны. д'Артаньян брезгливо снял свой грязный (но относительно новый) сапог и бросил его в сторону. Все находившиеся при этом смелом поступке мушкетёра зааплодировали. Дальнейшая судьба королевы Марго никого уже не интересовала.