September 17th, 2016

эсперантист про эсперанто

военная любовь

Alexander von Ungern-Sternberg (ум. 1868) в двух рассказах описывает военную любовь.
В рассказе Iena und Leipzig (1844) аристократ Франц фон Зельбиц тайно и страстно влюблён в своего товарища по оружию Андреаса Вальта, выходца из низов общества. Вальт по красоте подобен Антиною. К сожалению, Вальт не разделяет чувства Франца и даже не желает с ним просто дружить. Ревность терзает душу Зельбица. В приступе безумия он даже вызывает Вальта на дуэль накануне битвы под Иеной. Однако дуэль не состоялась, так как на фронте долг патриотов выше личных обид. На следующий день оба юноши тяжело ранены. Они лежат недалеко друг от друга. Франц, любящий Андреаса больше жизни, подползает к нему для оказания первой помощи, хотя при этом рискует усугубить своё положение из-за пренебрежения к своим ранам. Он перевязывает раны товарища и теряет сознание. Юношей перевозят в госпиталь. Андреас вне опасности, но положение Франца почти безнадёжно. Сознавая своё критическое состояние, он просит разрешения на разговор с Андреасом. Последний, весь перебинтованный и ослабевший от ран, подходит к койке Франца.
— Чем я могу быть вам полезен, господин фон Зельбиц? — спросил Андреас холодно.
— Я умираю, — ответил удручённо Франц. Внезапно он хватает руку Андреаса и, покрывая её поцелуями и слезами, спрашивает:
— Простишь ли ты меня, Андреас?
— О, камрад! — восклицает тот.
Франц:
— Это последняя ночь в моей жизни, поэтому я хочу, чтобы ты знал, что я тебя люблю.
— Вы так говорите от сильного жара, — говорит Андреас, отдёргивая руку и густо краснея.
— Нет, Андреас, во имя вечного милосердного Бога! Клянусь, что я говорю правду. Будь гордым и холодным, друг мой, после того, как я унизился перед тобой. Только страстная любовь, непонятная миру, заставляет меня так поступать. Знай же, что во мне есть и другое сердце, которое ты мог бы встретить при других обстоятельствах. Я мучил и оскорблял тебя, — и всё потому, что я тебя любил. Мне было невыносимо думать, что ты холоден ко мне и не делаешь различия между мной и другими. Я предпочитал убить тебя, чем наблюдать твоё бесстрастие по отношению ко мне.
— Я не понимаю…
— Послушай, Андреас! Когда я впервые увидел тебя, луч утреннего солнца озарил твоё лицо, твою грудь и плечи. Он создан для тебя (подумал я)! Я не могу жить без него! Это мой друг и мой возлюбленный! Ты был недоволен тем, что я лишь слегка поклонился, не вставая с места, тогда как прочие офицеры вежливо встали, чтобы приветствовать нового товарища. Но я-то хотел броситься тебе на шею, всякое другое приветствие казалось мне глупым и пошлым.
(продолжение следует)
 

Туркмены-текинцы нашли в курдах достойных соперников по части головорезничества.

проблема семантической инфляции используемой терминологии