December 18th, 2015

Такое возможно только в России

Такое возможно только в России

Прошлым летом по дороге на станцию какой-то добрый человек соорудил скамейку из двух вкопанных в землю столбиков и широкой доски. Очень удобно присесть перед последним рывком к станции. Но простояла скамейка не дольше месяца. Кто-то её выкопал и унёс. Не буду рассматривать морально-этическую сторону вопроса. Меня интересует чисто практическая сторона: на фиг это нужно? Возможны два варианта объяснения этого: или в качестве дров, или в качестве стройматериалов. Дров в лесу до хрена. Лесников отменили, поэтому некому заниматься санитарной рубкой. Деревья сами по себе живут и умирают. Поваленных от старости стволов полным-полно. Много валежника и сучьев. Просто подбери и унеси. А скамейку пришлось сначала разбирать и выкапывать. Лишняя работа.

Как стройматериалы два коротких столбика и доска также не представляют большого интереса. Сейчас не раньше, когда за стройматериалами приходилось иной раз целую ночь стоять в очереди, чтобы  утром быть среди первых покупателей. Опять же скамейку разбирать надо, домой тащить.

Зачем русские гадят? Вот вопрос, ответа на который я никогда не дождусь.

An expediat linguam aliquam existere universalem.

Bibliotheca Cethamensis: sive Bibliothecæ publicæ Mancuniensis ab Humfredo Cetham armigero fundatæ catalogus
Каталог публичной библиотеки города Манчестера.
Mancunii
1662
Место хранения оригинала: Оксфордский университет
Оцифровано: 6 июн 2007
Содержание
P. 378
An expediat linguam aliquam existere universalem.
Должен ли существовать какой-либо всеобщий язык?

Multi viri boni dicere solent, optabile esse, ut sit communis aliqua eruditorum lingua, qua inter se communicent diffusi et dispersi per omnes populares civitates, eam autem linguam esse non Latinam, sed linguam a quodam Poloniae doctore Esperanto inventam. Notum sit, eum doctorem eminentem nomen Lazari Lodovici Zamenhofii habere. Expedit sane ut scientiae et inventa quam brevissimo tempore omnes terras perigrinando illustrent ; ut quae ad physicam , mathesin, jurisprudentiam, medicinam , dicam quoque quae ad eruditionem spectant, hac lingua vulgentur quam , ut videtur, paucissimi ignorent, sed litteras quid necesse est omnes uno idiomate comprehendi et, ut sic dicam , uno tantum sermone atque ore musas loqui aut qui idipsum fieri possit?
Magni certe et multi commodi esset in scientiis usus linguae quam omnes intelligerent. At praeterquam vero quod scientiae linguarum statum fere comitantur, ut a viris doctis jam pridem observatum est , qui vere sunt eruditi eas plerique linguas omnes , nostro praesertim aevo , tenent , quibus quidquam quod lectu dignum sit , consignatur , aut si fit ut unus et alter eas nesciant , praeclariora scripta et quae mereri hanc operam videantur , nonne ut prodeunt mox in alias linguas convertuntur ?

По мнению многих достойных людей желательно, чтобы у всех образованных людей был один общий язык для возможности общения между собой для всех находящихся в разных странах, но чтобы это был не латинский язык, а язык, изобретённый неким доктором из Польши, прославленным под прозвищем доктор Эсперанто. Однако известно, что его имя Лазарус Лодовикус Заменхофиус. Было бы весьма целесообразно, чтобы литературные произведения и изобретения как можно скорее распространялись по белу свету, способствуя просвещению жителей разных стран. Все знания, относящиеся к физике, математике, юриспруденции, медицине, должны стать доступными для всех на языке, известном, как представляется, почти всем. Необходимо, чтобы научные знания стали понятными на одном для всех языке и чтобы музы говорили, так сказать, общими устами.
Уже давно замечено, что учёные создают свои труды, особенно в наше время, на всех языках мира, и если появится что-либо достойное чтения, то неужели придётся сие переводить на те языки, которыми не владеют заинтересовавшиеся им?
 

Нахальный пострелёнок

Нахальный пострелёнок

(черновик к «Донским рассказам»)

Курень Лусновых  в самой середине хутора. На базу сломанная лобогрейка. Дырявый горшок гордо возвышается на плетне. Кочет с выщипанным хвостом деловито топчет курицу. Семейство вечеряет. Глава семьи, чубатый машлаковатый казак Афоня, забросив за спину нечёсаную бороду, первый погружает грязную деревянную ложку в глиняную миску с куриной лапшой. Младший сынишка Афони Федотка робко протягивает тонкую ручонку с ложкой к миске. Афоня молча выливает полную ложку горячей лапши на голову сынишки. Тот ревёт благим  матом от боли.

— Не лезь раньше матери, чадунюшка, — ласково, но внушительно пеняет отец.

Силантьевна, осмелев, нацеливается ложкой с выщербленным черенком на миску. Афоня со всего маху бьёт жену по лбу ложкой.

— Дай-ка, старая, сперва я лапши отведаю, — намекает Афоня.  Жена затаивает обиду на мужа.

Старший сын Кондрат не осмеливается отведать лапши после случившегося. Он замышляет бегство к красным за Доном. Отец догадывается о склонности сына и охаживает старшего нагайкой по спине, не вставая с места. В немытой бороде Афони застряли куски курятины. На воротник свисают жирные складки шеи. На грязной гимнастёрке погоны подхорунжего.

— Хватит дурака валять, вражина, — упрекает отец  Федотку. — Поезжай в ночное ныне, коров выгулять.

Собрав коров, Федотка гонит их на хуторской выгон. Кондрат тем временем набирает полную торбу бурсаков и приторачивает её к седлу старой кобылы. Одним махом вскочив на седло, пускает кобылу намётом.

Силантьевна принимается за ремонт парадного мундира мужа. Афоня замечает, что жена зашивает дырки белыми нитками. Молча выхватывает шашку и бьет жену по голове баклановским ударом, с оттягом. Силантьевна ласково улыбаясь, благословляет мужа и тихо отходит к праотцам.

Тем временем Кондрат стал своим у красных. Его обучили политграмоте, и он точно знает, что надо всё у богачей отнять и поделить. Решил начать с отца. Ночью отправляется в родной хутор, переодевшись нищенкой.

— Подай, милый, на пропитание погорельцам, — просит Кондрат под видом нищенки у отца.

Щедрый к чужим, Афоня подаёт копеечку.

— Ах, вот ты какой! — восклицает переодетый сын. — А мне, бывалоча, лапши жалел!

Выхватив из-под лохмотьев маузер с надписью «За доблестное уничтожение врагов пролетариата», Кондрат выпускает всю обойму в отца. Афоня падает, вытянув руки перед собой. Ошмётки мозгов разлетаются по базу.

В это время домой из ночного с коровами возвращается Федотка. Увидев окровавленный труп отца, он хватает вилы и всаживает в бок брату. Кровь бьёт из раны, заливая весь баз. Внутренности синего цвета вываливаются на землю. Федотка задумчиво смотрит на трупы отца и брата.

«Ну вот, теперь я буду в доме хозяином», — размышляет мальчонка.

С приходом красных Федотку выбирают в председатели. Быстро идёт он в гору.

— А жизнь-то налаживается! — не устаёт повторять он на собраниях.