April 14th, 2013

Судьба русского патриота

Русская беседа

Москва, 1859

Четвертый год, книга 13

С. 234

Судьба русского патриота

Всем нашим читателям, безусловно, известен трагический случай, имевший место в заседании Художественного общества при Московском университете. Однако при устной передаче многие факты искажаются, пусть и ненамеренно. Обстоятельства этого события так перепутаны разными добавлениями, толкованиями, изменениями, что решительно нельзя составить себе точного о нём понятия. Мы рады сообщить всем заинтересованным лицам, что на упомянутом заседании находился студент, обладающий навыками стенографии. Благодаря его записям мы в состоянии дать полный и подробный отчёт о сем происшествии. (Далее слова Шевырева снабжены пометой Ш., а слова графа Бобринского – Б.)

В своём выступлении Шевырев, в частности, сказал:

«Ш. Немецкие философы признают грехопадение началом развития разума. Это вытекает из системы Гегеля, по которой развитие разума от первоначального единства идёт к раздвоению, чтобы снова подняться к высшему единству. Однако в Библии Адам прежде грехопадения даёт имена животным, из чего видно, что разум у него уже был развит.

Б. Не знаю, как там Адам, а у русских, видимо, нет никакого разума, если они для научных доказательств прибегают к авторитету Библии.

Ш. Россия, не испытавшая ни реформации, ни революции, сохранившая тем самым в себе великое нравственное единство, не может делить духовной жизни с болезненным европейским миром, а скорее призвана исцелить и обновить его.

Б. Эту Россию даже Вашингтон называет лапотной (Russia wears bast shoes).

Ш. В России только и можно жить и учиться чему-нибудь. Это страна благополучия и великих убеждений.

Б. Русские пьяницы и невежды.»

На этом запись выступлений заканчивается, так как уважаемый профессор Шевырев в ответ на вышеуказанные слова графа Бобринского подошёл к нему и неожиданно ударил по лицу. Никто из присутствующих не ожидал такого поворота событий и не знал, да и не успел, что-нибудь предпринять. Как выяснилось в дальнейшем из расспросов знакомых и друзей графа, последний был англофилом и обладал знанием правил английской драки, именуемой boxing. Поэтому в ответ на пощёчину граф Бобринский буквально отмутузил (я не побоюсь этого слова) несчастного профессора. Несколько слуг, призванных унять бойца, с трудом оторвали его от избиения бедного славянофила. Г-на Шевырева пришлось вынести из залы на скатерти. В дальнейшем выяснилось, что кроме многочисленных ушибов лица и тела, у почтенного русского патриота было сломано ребро. И каков же итог этого прискорбного происшествия? Шевырев уволен из университета, а граф Бобринский выслан в своё имение.

(no subject)

Захария Дюран, книготорговец из Женевы, узнав, что заболел чумой, сказал врачу, сообщившему ему об этом: «Ах, друг мой! Если я умру от этой болезни, то на будущей Франкфуртской ярмарке я потеряю больше тысячи флоринов».