October 28th, 2012

учёные извращенцы

Как правило, учёные относятся к пословице с пренебрежением и насмешкой. Она платит им той же монетой и говорит о них: Die Gelehrten, die Verkehrten (учёные извращенцы).

Сказание о Регенштейне

Аннелизе Пробст

Сказание о Регенштейне

На горе Регенштейн, которая возвышается поблизости от Бланкенбурга и на которой еще и поныне можно видеть остатки замка, некогда вырубленного в скалах, жил один граф, державший в заточении в одном из подземелий замка похищенную им прекрасную девушку.


[Spoiler (click to open)]

Она была дочерью умелого портного в Бланкенбурге, веселой, прилежной, скромного и доброго нрава. За полгода до того она пошла в гости к подруге, жившей неподалеку от Бланкенбурга, но по дороге ее схватили разбойники и отвели на гору Регенштейн.

Потому что граф, живший там, еще раньше обратил на неё внимание и хотел, чтобы она была у него в услужении. Но она была гордой по характеру и не поддавалась, поэтому её бросили в подземелье, и никто более о ней не заботился. Тюремщик, ворчливый старик, приносил ей изредка поесть, а потом забирал посуду с собой. Кроме него, она не видела ни души.

А в Бланкенбурге никто не знал, куда делась девушка, и как ее ни искали, не могли найти ни следа. Поэтому наконец решили, что она где-нибудь нашла свою смерть, поплакали по ней и погоревали, и стали ставить ежедневно свежие цветы перед ее портретом.

А девушка сидела между тем в подземелье и совершенно выплакала себе все глаза. В подземелье было темно и холодно, ни один луч света туда не попадал, и не было слышно ни звука. Девушке казалось, как будто ее живьем закопали в могилу. Но все ее жалобы и стенанья были напрасны, так как из-за пределов замка никакой помощи ждать не приходилось, поэтому она в конце концов смирилась с мыслью, что ей здесь суждено умереть.

Однажды она сидела, как обычно, скорчившись, на холодном полу. Вдруг она услышала, как снаружи воет и стонет буря. Вначале она не обращала на это внимания, но в конце концов приподняла голову и прислушалась. И дикое завывание ветра показалось ей прекраснейшей музыкой, ибо это был первый звук, услышанный ею за долгое время пребывания в этой мертвой тишине.

Внезапно она встала и тряхнула головой. Если слышен ветер, значит, стены не могут быть очень толстыми. Ах, если бы можно было их пробить и снова обрести свободу! Её утомленный дух воспрянул при этой мысли. Она приложила лоб к стене и прислушалась. Вдруг её взгляд упал на ее левую руку. Там она носила с тех пор, как ей исполнилось четырнадцать лет, драгоценное бриллиантовое кольцо, подаренное ей при крещении её богатой крёстной матерью. Едва она вспомнила о кольце, как по ее изможденному лицу пробежала блеклая улыбка, наподобие солнечного луча, попавшего на землю, пробив  темные тучи.

— Бриллиант твердый, — подумала она, — тверже камня. Я должна попробовать.

Она тотчас сняла кольцо с пальца и начала скрести и скоблить, и действительно, камень стал подаваться и падать мелкой пылью на землю.

Девушка обрадовалась и стала работать каждый день в течение долгих-долгих часов около стены, почти совсем не позволяя себе отдыхать. Она скребла и скоблила, и через много-много недель и месяцев ей и в самом деле удалось пробить камень, проделав в нем узкую тесную щель, через которую она могла видеть солнце. Она заплакала от радости, и слезы, падая на её больные руки, охлаждали их.

На другой день, когда она немного отдохнула, она вновь принялась за работу, и ещё через много-много недель и месяцев она до того увеличила отверстие, что, хоть и с трудом, но могла через него пролезть.

Она подождала, и когда ночь  подошла к концу и первые лучи солнца, робкие и едва теплые, достигли земли, надела вновь кольцо на палец , протиснулась через отверстие в камне и вскоре очутилась на узком каменном карнизе. Под ней разверзлась глубокая пропасть, но зато в небе ее приветствовало восходящее солнце. Несколько мгновений она помедлила, прочно уцепилась руками в камни немного передохнула. При мысли о том, что ей предстоит спуск с этой скалы, у нее закружилась голова. Но в конце концов она настолько справилась с собой, что могла начать спуск.

Лучше уж умереть здесь, чем в подземелье, подумала она, затем стала  спускаться с уступа на уступ и так достигла самого подножья, живой и невредимой.

Здесь она упала в изнеможении. Она лишилась чувств, и прошло довольно много времени, прежде чем она пришла в себя. Когда она взглянула вверх, на крутые скалы, по которым она спустилась вниз, у нее снова закружилась голова. Но её лицо украсилось победной улыбкой, ибо нет ничего более возвышенного, чем снова вдохнуть воздух свободы после долгого заточения.

К вечеру она пустилась в обратный путь по направлению к Бланкенбургу. Она шла медленно, так как тюрьма отняла у нее силы. В полночь она пришла в город, постучала в дом своих родителей и попросила её впустить.

Как же велики были радость и счастье ее родителей, когда  они увидели, что к ним вернулась их дочь! Её накормили и напоили и приготовили ей благотворное купанье. Потом выслушали ее рассказ, который вызвал у них и гнев, и изумление. Её постарались успокоить. Сколько она перестрадала! И как отважно она освободилась!

Весть об её освобождении быстро разнеслась по городу. Горожане
 поспешили к ней и пообещали за нее отомстить и заставить графа заплатить за его позорные деяния. Они его сговорились и однажды ночью напали на Регенштейн, обратив графа в позорное бегство, во время которого он погиб, как узнали позднее. Регенштейн.перешел во владение жителей Бланкенбурга, но поскольку они не очень-то о нем заботились, замок постепенно пришел в упадок, а на его руины можно полюбоваться ещё и сегодня.