January 4th, 2012

Графоман

Шмайсер дал прекрасное определение слову графоман:
"Графоман-автор плохих стихов ( рассказов, романов...)"
Почему прекрасное? Дело в том, что иногда графоманом называют автора из-за каких-то внешних случайных признаков, а именно, того, кого не печатают, кто пишет в стол, кто не состоит в особых клубах и союзах и т.п. Между тем история показывает, что многих впоследствии общепризнанных гениев современники не признали за таковых. При жизни Пушкина самым известным русским поэтом был отнюдь не он, а автор стихов про кудри девы-чародейки. "Руслана и Людмилу" именовали провалом, мол, исписался Пушкин. Свой первый роман Пруст опубликовал за свой счёт, потому что издатели не посчитали его прибыльным. Сколько издатели заработали на Прусте после его смерти, неизвестно в точности, но вполне возможно, что миллионы. Самый главный роман Булгакова при жизни автора не был опубликован. Про издателей не хочу повторяться. 

Анагносоман

Анагносоман

Правильного («хорошего») писателя называем просто писателем. Плохого называем графоманом. Хорошего читателя называем анагностом. Плохого анагносоманом.

Возникает вопрос: как отличить хорошего читателя от плохого? Это намного труднее, чем отличить хорошего писателя от плохого. Процесс письма интимен, но результат публичен. Рано или поздно текст оказывается доступным для читателей. Они оценивают текст, выносят суждение, каждый может его оспорить.

Другое дело чтение. Это тоже интимный процесс, но его результат чаще всего остаётся сокрытым. Могут возразить, что читатель своей оценкой книги проявляет себя как читателя. Однако оценивается текст, то есть результат письма, а не своего чтения. К тому же далеко не каждый читатель берёт в руки стило для создания рецензии. Процесс и результат чтения тайна за семью печатями. Каковы критерии хорошего читателя? Как оценить степень воздействия текста на читателя? Эти вопросы ждут своего исследователя.

The bibliomania, an epistle, to Richard Heber, Esq.

The bibliomania, an epistle, to Richard Heber, Esq.

By John Ferriar, M. D.

London :

Printed for T. Cadell, and W. Davies, in the Strand by J. Haddock, Warrington.

1809

WHAT wild desires, what restless torments seize

The hapless man, who feels the book-disease.

If niggard Fortune cramp his gen'rous mind,

And Prudence quench the Spark by heaven assign'd !

With wistful glance his aching eyes behold

The Princeps-copy, clad in blue and gold,

Where the tall Book-case, with partition thin.

Displays, yet guards the tempting charms within :

So great Facardin view'd, as sages*[В1]  tell.

Fair Crystalline immur'd in lucid cell.


 [В1]Romantic tales, vol. 3, byMatthew Gregory Lewis

Printed by D. N. Shury for Longman, Hurst, Rees, and Orme, 1808

" I was obeyed in every particular; though during her visit to the Chrystal Island, Facardina was on the very brink of discovery. Nothing indeed but the terror of the sword which she carried with her into the bath, and with which she solemnly vowed to' make the head fly from the shoulders of any one, who should dare to peep at her before she had slipped on her dressing-gown, could have prevented her sex from being ascertained by the prying eyes of Chrystallina's attendants."