новая реальность

Всё важное здесь.
Проект klausnick завершен. Всем участникам спасибо!

08.08.08
Ось коли треба було запроваджувати санкції.
*********



если тебе встретилось слово, похожее на термин, то не стесняйся погуглить -- без этого вполне возможно, что ты не поймёшь, зачем автор пишет свой текст и что им хочет сказать. Если в предисловии делаются какие-то утверждения по поводу каких-то вроде банальностей, смотри литературу по поводу этих утверждений -- там тоже будет много интересного. Если что-то непонятно в литературе, гугли, но ещё лучше -- читай литературу к этой литературе. Это нужно, чтобы хоть как-то синхронизировать модель мира и требуемых в мире действий в голове авторов статьи и модель мира и требуемых в мире действий в твоей голове.
В текущем ОдО2021 постоянно подчёркивается, что мастерство это такой специальный вычислитель с глазками-ручками (датчиками и актуаторами), мозг обязательно с приделанным к нему телом, которым проводятся изменения -- это концепт 4E (https://www.ncbi.nlm.nih.gov/pmc/articles/PMC7250653/ -- это критический обзор The “4E” approach to cognition argues that cognition does not occur solely in the head, but is also embodied, embedded, enacted, or extended by way of extra-cranial processes and structures):
-- Embodied: Cognition cannot be fully described in terms of abstract mental processes (i.e., in terms of representations). Rather, it must involve the entire body of the living system (brain and body).
-- Embedded: Cognition is not an isolated event separated from the agent’s ecological niche. Instead, it displays layers of co-determination with physical, social, and cultural aspects of the world.
-- Extended: Cognition is often offloaded into biological beings and non-biological devices to serve a variety of functions that would be impossible (or too difficult) to be achieved by only relying on the agent’s own mental processes.
-- Enactive: Cognition is conceived of as the set of meaningful relationships determined by an adaptive two-way exchange between the biological and phenomenological complexity of living creatures and the environments they inhabit and actively shape.https://ailev.livejournal.com/1617757.html?view=comments&style=mine#comments
-- минимальный объем, который нужен для повседневного мышления. Скажем, если я учил месяц в университетском курсе, как решать уравнение Гамильтона, а потом в жизни решал его аж один раз десять минут, то оценка ресурса -- 1 месяц 10 минут на одно решение, а если мне не пришлось ни разу решать это уравнение, то оценка ресурса будет минус месяц из жизни (да, я именно так оцениваю всё школьное и вузовское образование. Пятнадцать лет рабочего времени, если мы ничего не используем из изученного в жизни, а мы таки не используем, то это пятнадцать лет рабочего времени, выкинутые из жизни).
И тут ещё проблема с женщинами: женщины имеют те же способности к обучению физике и математике, что мужчины (мозг-интеллект в этом плане одинаковый, это мышечная сила разная), но в силу текущей социокультурной ситуации желают обучаться физике-математике меньше. И мы теряем чуть ли не половину земного шара.
https://ailev.livejournal.com/1619346.html?view=comments&style=mine#comments

  Регулярно приходится объяснять, что IQ не определяет, насколько вы будете хорошим учёным. Ибо интеллект широк по классам задач и замеры по тесту IQ дают, конечно, корреляты по скорости мышления, но не дают коррелятов по тому, над чем вы будете думать! Я встречал штук десять объяснений с примерами "хороших учёных с низким IQ" равно как и примеры "идиотов с высоким IQ", но понимал, что это всё вряд ли убедит человека, который заранее страдает по поводу собственного низкого IQ, да ещё и замеренного "на коленке" по какому-нибудь кривому интернет-тесту. Вот лучшее объяснение, которое я видел на эту тему: https://www.quora.com/What-was-John-von-Neumanns-IQ-Was-he-smarter-than-Einstein -- сравнение Альберта Эйнштейна и Джона фон Неймана, они оба были гениями. Нейман признавался всеми как ну очень умный и скоростной, явно умнее и быстрее Эйнштейна, с IQ явно побольше. И научных достижений у него было неисчислимое количество. Но вот Эйнштейн признавался всеми как более медленный, но более глубокий учёный. В зачёт бралась глубина и новизна идей, а не скорость и количество спродуцированных идей. Весь вопрос, оказывается, не в большом IQ, а в том, как употребить мозг! Если мозг употребить правильно, то и небольшого IQ хватит, чтобы оставить след в истории. Если неправильно, то и большого IQ не хватит, чтобы хоть что-то изменить в мире к лучшему. И уж тем более IQ не определяет, насколько вы будете хорошим человеком. https://ailev.livejournal.com/1622124.html?view=comments&style=mine#comments

Вот вам упражнение из серии "развитие тела для танцев" по мотивам системного фитнеса. Впрочем, не для танцев оно тоже ОК. Пишите в комментах, как оно у вас получается, особенно с закрытыми глазами -- помните по Дойлю, что с закрытыми глазами сложней держать равновесие? Вот:
-- встаньте левым боком к зеркалу, повернитесь лицом к зеркалу, не отрывая ног от земли (для самых-самых начинашек: встаньте просто лицом к зеркалу, а не боком -- если не делать скрутку, будет в разы легче). Зеркало тут необязательно. Можете использовать вместо него окно, или стену, вам необязательно видеть себя в зеркале. Главное -- стопы и плечи на 90 градусов.
-- прогнитесь дугой, не отрывая стоп от земли и не поворачивая их, и так же не поворачивая голову-плечи от зеркала (пупок вперёд, и грудь вперёд, на зеркало. Грудь -- это не нижние рёбра, а солнечное сплетение. Голову наоборот -- запрокиньте назад). Проверьте, что вы равнорастянуты от стоп до макушки, по всей дуге. Скиньте лишнее напряжение по всему телу и допрогнитесь. Повторить пару раз: скинуть лишнее напряжение, проверить равнонатянутость (нигде в теле нет "зажимов", их нужно расслабить волевым усилием, уж как можете. Если не можете, прогибайтесь меньше). Итог: в теле нет никакого напряжения, вы прогнулись в дугу, уж как можете.
-- сделайте теперь медленно круг вашим пупком вокруг вертикальной оси (которая проходит где-то между стопами). Проследите, чтобы это был круг, а не какой-нибудь овал. Голова будет продолжать дугу (наклонится вправо, когда пупок влево, наклонится влево, когда пупок будет справа, налонится вперёд, когда пупок пойдёт назад). Следите, чтобы в теле при этом не возникало лишних напряжений (при напряжениях скидывайте их усилием воли, если не получается -- уменьшайте прогибы, жалейте себя. Техника безопасности: если не хотите, чтобы вас переклинило/у вас случился прострел -- не делайте упражнение с зажимом! Пусть лучше у вас круг будет с прогибом дугой в 5 см на уровне пупка и 2см на уровне солнечного сплетения от центральной оси, но без лишних напрягов, чем 50 см на уровне пупка и 15 см на уровне солнечного сплетения от центральной оси, проходящей через стопы). Ноги не отрывать и не проворачивать на полу. Стопы и плечи -- на 90 градусов! Цель: максимальная амплитуда при минимальных паразитных напрягах в теле (в руках, ногах, спине, стиснутых зубах, поджатых пальцах на ногах -- всё должно быть ненапряжное, кроме усилия в 500 грамм на вытяжение, чтобы удерживать дугу в теле. 500 грамм это полкило, а не 10кг -- прикиньте, с какой силой вы вытягиваетесь!
-- повторите так же медленно всё то же самое, но с закрытыми глазами
-- повторите всё то же самое, но круг в другую сторону
-- повторите всё то же самое, но встаньте правым боком к зеркалу в начале упражнения
-- повторите всё то же самое, но руки участвуют в дуге -- вытянуты вверх
-- повторите всё то же самое, но руки горизонтально в стороны и не участвуют в телесной дуге и кругах.


А пока читаешь новости (абсолютно неважно, из какого источника, крышу у всех ведь снесло), и синус в них доходит уже не только до трёх, но иногда и повыше.

Кстати, очень просто разделять safety и security: по границе системы. Если угрозы из окружения, то это security, а если угрозы от тебя в окружение -- это safety. Разработчик посудной лавки воспринимает слона как окружение, для него противослоновые меры -- это security. Для разработчика слона меры предосторожности, чтобы чего не побить в посудной лавке -- safety. Если в окружении автомобиля находятся люди (включая тех, кто внутри салона -- они будут от собственно автомобиля "снаружи"), то автомобиль их не должен покалечить, это safety. Если злые люди калечат автомобиль (из салона, или снаружи), то security. Разница при этом в том, что security предполагается, что делается против умных и настойчивых агентов (слон в посудную лавку попадает не случайно, а буквально прорывается, а потом намерен порушить всё, до чего дотянется, а люди царапают автомобиль со злобной ухмылкой, намеренно -- никакой презумпции невиновности). Safety ровно наоборот: "извините, мы не хотели, так получилось, не подумавши". Всякие антихрупкости и resilience всплывают, когда "агентом" является что-то менее злонамеренное, которое не планирует тебя повредить, но уж так получилось, звинити. Слон сбежал и зашёл в посудную лавку, это по линии resilience. Всё одно лечить надо через shift left, обсуждать такое рано по жизненному циклу, а жизненный цикл у нас становится вечный (continuous development, continuous delivery), поэтому обсуждать надо вечно рано. https://ailev.livejournal.com/1643578.html?mode=reply&style=mine#add_comment

День книги

День книги



Днём книги назначен день смерти четырех авторов.
·                    Инка Гарсиласо де ла Вега (1616)
·                    Мигель Де Сервантес (1616). На самом деле 22 апреля.
·                    Жузеп Пла (en:Josep Pla) (1981)
·                    Уильям Шекспир (1616) . По старому стилю. По новому 3 мая.

По книге Жузепа Пла я начал изучать каталанский.

qui scribit, bis legit

(Не все читатели знакомы с этим воспоминанием, поэтому помещаю его снова)
Вспомнил свои занятия античностью. Во время оно никаких книг, учебников, словарей в продаже не было. Всё было в библиотеке. Но в те времена не было ксерокса (молодые люди при этих словах недоверчиво улыбаются). Не было интернета, не было компьютеров. Были ЭВМ, но к широким массам эти штуки отношения не имели. Так вот я про библиотеки. Латынь начал изучать по учебнику Попова и Шендяпина. Все тексты переписывал от руки. Переписал почти всего Катулла. Много из Овидия. Его «Пирам и Фисба» был первым стихотворным текстом на латыни, прочитанным мной. Но больше любил новолатинских поэтов: Понтано, Полициано, Беккаделли, Саннадзаро. Из прозаиков Мурета, Эразма. Греческим заинтересовался отчасти потому, что Полициано писал также и по-гречески, поэтому захотел его прочитать. Законспектировал всю грамматику Соболевского. Для расширения и углубления знаний грамматики читал Курциуса и Черного. Тексты также все переписывал. Переписал всю "Антигону". Это был апогей в моих занятиях античными языками. Очень гордился своим почерком, пока не обнаружил, что современные греки не пишут «по-печатному», а используют своеобразный рукописный почерк. Когда появился ксерокс, с удивлением заметил, что зачастую с лёгкостью скопированные тексты долго лежат без движения, дожидаясь своего часа быть прочитанными. Переписанное же хорошо запомнилось (qui scribit, bis legit).
UPD
Никогда не мог понять смысл запоминания слов отдельно от текста. Для меня слова неразрывно связаны с текстом, в котором они применяются. Если часто встречаются, они сами собой запоминаются, а если никогда их не встречал, зачем их зубрить?

моя жизнь в журнале

Технология книжно-журнального производства во время оно
Когда я работал в редакции журнала полвека тому назад, то делал записи о коллегах, имея в виду написать о них что-то вроде физиологического очерка. Но когда четверть века спустя познакомился с творчеством Довлатова,  понял, что он всё уже написал, поскольку все редакции похожи друг на друга и трудно добавить нечто новое. Вот почему здесь напишу только о себе.
Работпя в журнале, я был наказан за чужую вину, хотя на самом деле ничьей вины не было вовсе.
Вот как было дело. Один сотрудник, назовем его Рустамом, трудился на ниве изучения литературы т.н. национальных республик, т.е. всех республик СССР кроме РСФСР. Однажды он отрецензировал труд одного писателя, не ожидая от этого ничего плохого. Однако этот труженик пера был не простым человеком. У него оказались связи на самом верху, откуда позвонили нашему главному и выразили недовольство шельмованием этого крупняги, который на его родине считался чуть ли не классиком. Рецензия была вполне объективной без всяких оскорблений. Рецензент отметил недостатки произведения, не затрагивая личности автора. Но в этой республике посчитали это наездом на священную корову. Потребовали, чтобы рецензента наказали. Главный поспешил сообщить наверх, что этот негодяй там уже не работает. На самом деле его просто решили спрятать от греха подальше и с этой целью перевести в другой отдел. Вакансия была только в нашем общем отделе, а именно вакансия корректора с зарплатой чуть ли не вдвое меньше. Рустама начальство уважало и не хотело его так унижать, поэтому провели рокировку  —  меня понизили до корректора, а Рустам остался литсотрудником, каким был и в своем прежнем отделе. При таких обстоятельствах у советского человека был только один выход  —  уйти, громко хлопнув дверью. Как на грех, у меня были проблемы с таким способом борьбы, поскольку как раз в это время была сессия в вузе, когда необходимо было представить справку с места работы для подтверждения своего права на вечернее обучение. К тому же это был тот самый период, когда я боролся с Черняевым, привлекая к себе самое пристальное внимание со стороны администрации. Пришлось затаить обиду и спрятать
злость куда подальше.
Фактически у меня работы уменьшилось, поскольку мы теперь с ним на пару делали то, что до этого я делал один. В наши обязанности входила вычитка рукописи для сдачи ее в набор и корректура гранок для сдачи в печать. Режим работы у нас в общем отделе был такой: две недели практически отдыха и потом две недели запарки, потому что одновременно надо было вычитывать рукопись номера, который выйдет через месяц, и готовить макет для ближайшего номера. Макет в то время представлял собой альбом, куда вклеивали вычитанные гранки. Производственный процесс журнала выглядел так. Авторы присылали рукопись, то есть страницы с отпечатанным текстом. Редакторы (у нас они назывались литсотрудники) вычитывали рукопись, внося правку. Исчерканную рукопись перепечатывала начисто машинистка, которая у нас занимала должность заведующей редакцией для повышения ее зарплаты. Потом мы вдвоем с Рустамом вычитывали эту новую машинопись в поиске ошибок. Исправлять допускалось только орфограчисекие ошибки, а на стилистику не надо было обращать внимания. Потом рукопись обрабатывал техред для указания наборщикам, каким шрифтом и кеглем набирать. Готовую рукопись отправляли в типографию.
Из типографии приходили гранки (сейчас бы сказали распечатки) для вычитки. Обычно мы работали в паре: один читал рукопись, другой правил гранки. Затем техред вырезала куски гранок для вклеивания в макет. Типография сначала печатала контрольный экземпляр для цензуры, формально именуемой управлением по охране гостайн в печати. Только после этого  печатали тираж.
Продолжение будет, если появится желание графоманствовать дальше.

техническое

Двенадцать лет назад меня комментировали 366 блогеров хотя бы по одному. разу. На сегодняшний день из них осталось только пятеро.
UPD
Про пятерых из 366 точно знаю, что их уже нет, к сожалению, в живых.

Mein Kampf (fighting and trouble are my middle name)

На четвертом курсе у нас появился новый преподаватель. Это был именно преподаватель, а не преподавательница. Большая редкость для профильных  предметов. Все остальные были дамы. Сильный пол встречался только в таких предметах, как история КПСС, диамат, политэкономия и научный коммунизм. Они вызывали особую неприязнь. К счастью, сами преподаватели тоже не были фанатами своих наук, поэтому с ними удавалось договориться. Например, одному экзаменатору скидывались на французский коньяк, он милостиво его принимал и ставил желающим хор. или уд. Никому не ставил отл. во избежание подозрений. Другой через старосту сообщал, что все согласные на «тройку» сдают зачетки и получают эту отметку без сдачи экзамена. Если же находились претенденты на четверку или пятерку, то они пусть тянут билет и отвечают по нему. Как ни странно, почти в каждой группе находились один или два чудика, согласные на пытку экзаменом. Зачем им это было нужно, осталось загадкой. Стипендии нам не полагалось, так что на повышенную им нечего было рассчитывать. Таким образом, почти все выпускники были в полном неведении относительно содержания этих наук.
Так вот, новый препод был высокий красивый мужчина лет под сорок. Носил синий пиджак с золотыми пуговицами. Казалось бы, девушки должны были на него запасть. Но он делал всё, чтобы вызвать у студентов ненависть. Он плохо знал английский язык, совсем не знал методику и ненавидел студентов. Ходили слухи, что он был принят на работу по протекции Слесаревой, зав. кафедрой английского языка, как её любовник. Все стали говорить: «Этот год у нас пропал. Ничему не научимся». Я понял, что надо что-то  делать. Надо было поднять народ на борьбу. Но как это сделать, если в группе был разброд и шатание? Я был новичком в этой группе, меня туда перевели в результате оптимизации, когда сократили число групп, увеличив количество студентов а каждой оставшейся. В этой новой группе были небольшие фракции по два-три человека, а единения не было. Я начал с того,  что стал устраивать сборища по поводу и без. Почему-то до моего прихода группа целиком не собиралась. Не знаю, как мне удалось сплотить группу, поскольку меня сразу невзлюбили. У меня была манера следить за отвечающими и при малейшей их ошибке качать головой и цокать языком. Был мизантроп  и социопат. Мне платили той же монетой. Когда меня вызывали отвечать, все бросали посторонние дела и напряженно слушали мой ответ в надежде заметить мои ошибки и тоже поцокать языком. Но я тщательно следил за своей речью и не давал повода к порицанию.
У нас всех постоянно были стычки с Черняевым (так звали препода) на занятиях, но больше всего у меня по причине моей вредности. Приведу пример. Однажды мы с ним повздорили на уроке , и он потребовал, чтобы я покинул аудиторию. Я сказал, что выйду, только если все студенты тоже этого захотят. Я вступил при этом на тонкой лед, потому что  не был уверен, чью сторону примут остальные. Все молча сидели. Черняев разозлился и пошел жаловаться администрации.
Довольно долго другие студенты считали, что Черняев именно со мной в ссоре, а у них всё с ним в шоколаде. Однако в конце семестра они прозрели. Дело в том, что он не поставил зачет половине группы, в то время как обычно только один, максимум два студента не получали зачета. Вечерникам зачет был важен потому, что на время сессии они могли взять на работе отпуск либо оплаченный, если был зачет, или за свой счет в случае его отсутствия. То есть был удар по материальному положению. Тут они поняли, что биться надо всем вместе. Я предпринял два действия. Во-первых, я записался на прием к Слесаревой. Во-вторых, организовал составление коллективного письма в администрацию с требованием убрать от на Черняева. Среди наших претензий была, например, такая. Во время проведения диктанта Черняев диктовал очень быстро и не хотел повторять. В результате мы просто не успевали запомнить текст, так что вместо проверки грамотности получалась проверка скорописи.
На уроках я всё время записывал слова Черняева. Он догадывался, что ничего хорошего для него в этом нет, но формально я вроде бы ловил каждое слово препода, что должно было быть ему лестно. Со своими записями я пришел в Слесаревой. Читаю ей огрехи препода. Она слушает с каменным лицом, а сказать нечего. Среди прочего я рассказал, как при ответе про то, как кто провел лето, одна студентка сказала, что отдыхала на Юге. Черняев задал вопрос: «How many love affairs did you have?»  Слесарева заметила, что здесь нет ошибок. Я сказал: «А разве этично для преподавателя задавать такой вопрос студентке?»
На втором этапе мы составили письмо. Во время подписания был такой казус. Когда почти все подписались, кто-то вспомнил, что зачинщик Морозов не подписал. Я напомнил, что пираты в таких случаях ставили подписи по окружности, чтобы не было понятно, чья подпись первая.
Когда начались занятия во втором семестре, Черняева у нас уже не было, его перевели в другую группу, а на следующий год ему уже не продлили контракт (он был почасовиком). Во время всей этой эпопеи остальные преподавательницы никак себя не проявляли, а когда его удалили из вуза, стали мне говорить, что они были на моей стороне, потому что его неспособность к преподаванию им сразу стала ясна. Просто они боялись выступить против начальства.
У меня со Слесаревой были очень странные отношения. Но это будет предметом другого поста.
Послесловие.
Все имена выдуманы. При создании поста ни один студент не пострадал. Черняев пострадал, но, как говорится, serves him right! it served him right.
По окончании вуза никого из студентов этой группы больше не встречал и не знаю, что с сними стало потом.

моды и рокеры

В 1964 в Англии были моды и рокеры  —  две противоборствующие группировки. Они тусовались в курортных городках. Перед выходом на дело они принимали амфетамин, который свободно продавался в аптеках. Вы будете смеяться, но в те времена этот же препарат можно было купить в московских аптеках. Почему мне тогда никто не сказал? Я работал в аптеке и не знал, что таблетки счастья лежат на расстоянии вытянутой руки. В те времена молодежь была невинна, как овечки. Мы не увлекались наркотиками, не пили водку, вместо которой принимали «Плодово-ягодное вино», именуемое в народе плодово-выгодным из-за его дешевизны  —  99 копеек бутылка. О прочих сторонах жизни у нас было также туманное представление. Как-то на уроке анатомии проходили тему «органы размножения». Преподавательница нарисовала мужские органы, которые мы старательно перерисовали в свои тетрадки. Для нас любые системы и органы человека были всего лишь учебным предметом, который следовало выучить, чтобы потом изложить на экзамене. Внезапно одна учащаяся принялась громко хохотать, так что все с удивлением на нее смотрели. Преподавательница велела ей выйти из класса, чтобы не мешать другим заниматься. Она была старше остальных на год. В возрасте пятнадцати лет один год очень большая разница. Как оказалось, то, что нам представлялось сухой теорией, для нее было самой живой практикой, данной ей в ощущениях. Впоследствии выяснилось, что ее папик попал в историю с обвинением в совращении малолетней. Он выпутался, женившись на ней. Малика, так звали деву, ушла из училища, не закончив курса, так как у нее появились другие заботы. Пусть вас не смущает ее имя, это я придумал, чтобы не называть настоящего. Мы с ней работали в одной и той же аптеке на Арбате. Формально мы проходили учебную и производственную практику, а фактически работали наравне с профи, только задаром. Нельзя же назвать деньгами стипендию в двадцать рублей. Сейчас аптеки превратились в магазины по продаже лекарств, а во время оно многие лекарства готовили прямо в аптеке. Профессия называлась ассистент. Сидишь за лабораторным столом и готовишь лекарства в соответствии с рецептом. Это был серьезный документ на бланке со штампом лечебного учреждения, с личной печатью врача и его подписью. Весь рецепт на латыни, только в конце указания для больного по-русски: принимать дважды в день перед едой. Сейчас рецепт пишут на любой бумажке по-русски без всяких печатей. Почтенное искусство составления рецептов закатилось.
Вот и всё, что я имел сообщить про модов и рокеров.
UPD
В  аптеке я готовил мази, порошки, микстуры, свечи. О том, как применяются свечи, не стану рассказывать, чтобы у вас не пропал аппетит. Иногда в мази входил один вонючий компонент, не помню названия. Такие мази поручали делать практикантам, так как сами аптекари не хотели связываться. После работы с ним вся одежда пропитывалась радикально. В метро от меня шарахались. 

ἐπίστασαι ἑλληνίζειν;

ἐπίστασαι ἑλληνίζειν;

πότερον θέλεις ῥωμαϊστὶ λαλεῖν ἢ ἑλληνιστί;
Ты хочешь говорить по-латыни или по-гречески?
ἐπίστασαι ἑλληνίζειν; Ты говоришь по-гречески?
ὀλίγον τι. Немного.
εἰκότως γε! Естественно, разумеется!
μάλιστα! Ешё бы!
ἔγωγε νὴ ∆ία! Конечно!
ταύτῃ κράτιστός εἰμι. Я очень хорошо им владею.
καλῶς! Прекрасно!
διαλεχθῶμεν οὖν ἑλληνικῶς! Так давай же говорить по-гречески!
οὐδὲν κωλύει. Нет проблем.
ἀρξώμεθα! Начнем же!
τί λέγεις; Что ты говоришь?
ξυνίης τὰ λεγόμενα; Ты понимаешь, что я сказал?
ξυνῆκας, ὃ λέγω;
οὐ ξυνίημι μὰ ∆ία. Не понимаю, клянусь Зевсои!
αὖθις ἐξ ἀρχῆς λέγε, ἀντιβολῶ. Прошу тебя, скажи опять сначала.
βούλει σχολαίτερον λέγειν; Хочешь разговаривать медленнее?

non culpes actum quem non faceres meliorem

В моем собрании есть этот афоризм, но гугль его не находит в Инете. Есть только фраза из Томаса Мора  'Feras, non culpes, quod mutare non potes' с несколько другой формулировкой. Пусть останется здесь на радость читателям. 

Ранний восход (и заход)

Жан-Филип Баратье (Jean-Philippe Baratier) служит примером раннего и скорого перенапряжения умственных способностей. Родившийся 19 января 1721 года, он был сыном Франсуа Баратье, пастора французской церкви в Швабахе близ Нюрнберга. Его родным языком был французский, а все вокруг говорили по-немецки. В возрасте четырех лет он разговаривал с отцом по-латыни, с матерью по-французски, со слугами и ровесниками по-немецки, не смешивая эти языки. На пятом году жизни стал изучать  греческий.  Вскоре он мог читать на этом языке  все книги Ветхого и Нового Завета и переводить их на латынь. В возрасте пяти лет и трех месяцев он принялся за древнееврейский. Через три года он в такой степени его изучил, что мог переводить с листа тексты Библии на латынь и французский, а также с латыни и французского на древнееврейский. В возрасте одиннадцати лет он перевел с древнееврейского на французский труд рабби Виньямина «Книга странствий», снабдив свой перевод примечаниями. Этот его труд вызвал восхищение Вольтера.
После этого он изучил арамейский, сирийский и арабский языки. Большое внимание он уделял также изучению наследия греческих Отцов Церкви.
Он проявил также способности в изучении математики и астрономии. Его приняли в Берлинскую Академию наук.
Баратье опубликовал одиннадцать трудов и оставил после себя двадцать шесть рукописей.
Скончался от неизвестной болезни в возрасте 19 лет.
UPD
Здесь русский перевод «Книги странствий».